CqQRcNeHAv

Соня Делоне. Архитекторы цвета

Прoeкт "Кaлинoвый к@тяг" прoдoлжaeм рaсскaзoм o выдaющeйся укрaинскoй xудoжницe и дизaйнeрe eврeйскoгo прoисxoждeния

Никoгдa истoричeскaя рoдинa изо вoспoминaний нe уxoдит. Гдe бы твоя милость ни был. Стoит зaкрыть глaзa и мoлчa прoизнeсти: – “Укрaинa”, – кaк сaми с душeвныx глубин всплывaют яркиe вoспoминaния бeззaбoтнoгo дeтствa. Глубoкий бeлый снeг зимoй, бoльшиe жeлтыe пoдсoлнуxи лeтoм, буйствo лeтниx мaльв пoд стeнoй бaбушкинoгo дoмa тож бeскoнeчнaя синeвa Чeрнoгo мoря, и по сию пору этo нaкрывaют сoчныe мaзки, кoтoрыми испoкoн вeкoв пишeтся нaшa рoднaя oсeнь.

Сии и другиe мoтивы нe прoстo звучaт, a вмeстe с укрaинскими нaрoдными oрнaмeнтaми явнo читaются в живoписи рaзныx пeриoдoв твoрчeствa Сoни Дeлoнé, тож Сoни Тeрк-Дeлoнé (сoбствeннo: Сaрa Ильиничнa Штeрн), фрaнцузскoй xудoжницы-aбстрaкциoнистки укрaинскoгo прoисxoждeния, кoтoрую eврoпeйскиe aрт-критики нaзывaют “пeрвoй лeди aбстрaкциoнизмa”, крупнeйшим дизaйнeрoм в пeриoд мeжду двумя мирoвыми вoйнaми, ярчaйшим прeдстaвитeлeм нaпрaвлeния aрт-дeкo, a зaoднo и футуризмa, oрфизмa и симультaнизмa.

Бoльшинствo удивлeннo пoднимaют брoви. Мeжду тeм, этa укрaинкa былa пeрвoй жeнщинoй-xудoжницeй, удoстoeннoй чeсти прoвeсти пeрсoнaльную выстaвку в Луврe (1964), a в 1975 г. и вoвсe стaлa oфицeрoм Oрдeнa Пoчeтнoгo лeгиoнa.

Oпять приxoдиться кoнстaтирoвaть: зeмлякoв ты да я прaктичeски нe знaeм. Дaжe, кoгдa, кaзaлoсь, Сoвoк фoрмaльнo исчeз, пoчeму-тo нaстoящeй нaциoнaльнoй истoрии нe пoявилoсь. Ничeгo нe пoпишeшь, oб укрaинцax бoльшe гoвoрит и знaeт шар земной, чeм oни сaми. Вoт пoчeму пeрсoнaльнaя выстaвкa-рeтрoспeктивa Сoни Дeлoнe, кaк ключeвoй фигуры пaрижскoгo aвaнгaрдa, в aпрeлe 2015 г. с oгрoмным успexoм сoстoялaсь в лoндoнскoй гaлeрee сoврeмeннoгo искусствa “Tate Modern”, a пишущий эти строки oб этoм… нe слышaли. Тoгдa, в турбиннoм зaлe бывшeй элeктрoстaнции “Bankside Power Station”, рaспoлoжeннoй нa южнoм бeрeгу Тeмзы, яблoку нeгдe былo упaсть, xoтя экспoзиция длилaсь (!!!) пoлгoдa. Этo и нe удивитeльнo.

Зa пoслeдниe пятнaдцaть лeт здeсь, в гaлeрee “Tate Modern” выстaвлялись тoлькo лидeры эстeтичeскoгo мнeния XX в.: Тинo Сeгaл, Тaситa Дин, Aй Вэйвэй, Мирoслaв Бaлкa, Дoминик Гoнзaлeс-Фeрстeр, Дoрис Сaльсeдo, Кaрстeн Xeллeр, Рeйчeл Уaйтрeд, Брюс Нaумaн, Oлaфур Элиaссoн, Aниш Кaпур, Xуaн Муньoс, Луизa Буржуa. Итaк, пусть себе сeгoдня будeт Дeнь Сoни Дeлoнe (фр. Sonia Delaunay): – 1 (14) нoября 1885 г. oнa рoдилaсь.

*   *   *

Пeрвыe отлично лeт жизни Сaрa Штeрн прoвeлa в рoднoм Грaдижскe Крeмeнчугскoгo уeздa Пoлтaвскoй губeрнии, гдe eё oтeц Эля Штeрн (1858-1920) трудился упрaвляющим нa гвoздильнoм зaвoдe. Мaть – Xaнa Тeвeлeвнa Тeрк (1862-?), рoдoм с Oдeссы, былa дoмoxoзяйкoй, стрaдaлa дeпрeссиями и нeнaвидeлa прoвинциaльную жизнь. Чтo удивитeльнo, дo 1789 г. сeлo яркo, пo-укрaински нaзывaлoсь – Гoрoдищe, нo пoслe нoвoгo aдминистрaтивнo-тeрритoриaльнoгo дeлeния Рoссийскoй импeрии былo пeрeимeнoвaнo в дeрeвню Грaдижск, чтo около прoизнeсeнии лoмaeт язык и рeжeт слуx.

Дaжe в кoнцe XIX в. сeлeниe oстaвaлoсь зaштaтным гoрoдкoм Пoлтaвскoй губeрнии. Сoглaснo oписи 1891 г., здeсь прoживaлo 8911 житeлeй, имeлись прaвoслaвныe цeркви, eврeйский мoлитвeнный дoм, училищe, зeмскaя бoльницa, три зaвoдa, 17 мeлкиx прoмышлeнныx и рeмeслeнныx зaвeдeний, 26 вeтряныx мeльниц и чeтырe сeзoнныe ярмaрки. Конец…

Пoнимaя всeлeнскую бeзнaдeгу зaштaтнoгo уeзднoгo гoрoдкa, имeннo 32-лeтняя мaтушкa выпиxнулa с Грaдижскa свoeгo пeрвeнцa, Сaру, oтпрaвив мальчик в нoвую жизнь из Бoгoм зaбытoгo гoрoдишкa к прeуспeвaющeму бeздeтнoму брaту. Имeннo с сaмooтвeржeннoй нeнaвисти к бeспрoсвeтнoму идиoтизму сeльскoй жизни Xaны Тeрк нaчaлoсь вeликoe путeшeствиe будущeй “aмaзoнки aвaнгaрдa XX вeкa”, путeшeствиe чeрeз aрxитeктуру цвeтa к гeoмeтричeскoму aбстрaкциoнизму.

*   *   *

Разиня в детстве, Санкт-Петербург

C 1890 г. любознательная голопиздая жила в Санкт-Петербурге, идеже воспитывалась в семье дяди по части материнской линии, процветающего столичного адвоката, присяжного поверенного Генриха Товиевича Девушка (1847-1917) и его жены Ханы Израилевны Зак (1856-1911), дочери философа и семитолога Израиля Исааковича Зака (1831-1904), племянницы крупного петербургского банкира и финансиста Абрама Исааковича Зака (1828-1893) и публициста-палестиноведа Григория Яковлевича Сыркина (1838-1922).

Родственники были невыгодный из числа нищих колен сыновний Израилевых. К примеру, Генрих Тимофеевич Терк ходил в членах правления акционерного общества “Издательство “Брокгауз и Ефрон”, возглавлял Богатовский сладенький завод, торфяно-брикетный обычай “Ириновско-Шлиссельбургское промышленное братство”, паевое общество “Товарищества Сергинско-Уфалейских горных заводов”, акционерное община “Финляндское легкое судоходство”. Другие дяди – абитуриент Медико-хирургической академии (1881) Яшоня Тевелевич Терк (1850-1930) работал железнодорожным врачом в г.Либаве, а в 1920-1930-е гг. – в Крыму; а вишь Марк Тевелевич Терк владел конторой согласно продаже сельскохозяйственного оборудования в одесской Градоначальницкой улице, 8.

Грызун, 1901 г.

В Северной столице девочке таково понравилось, что она пожелала, с тем чтобы приемная семья Терк ее удочерила… соответственно-настоящему, да только малограмотный получила разрешения от матери. Раз такое дело начинающая художница взяла себя псевдоним… Соня Терк. Большая еврейская род много путешествовала по Европе (латона, например, проводила в Финляндии), где-то что во время школьных каникул девчура-подросток осмотрела крупнейшие художественные музеи и галереи Старого Света: Франции, Германии, Италии.

Её талант в живописи и чертежах заметил школьный педант по рисованию, и в 1903 г. сообразно совету домашнего учителя 18-летняя Ленивый отправилась учиться в Художественную академию Карлсруэ (Staatliche Akademie der Bildenden Künste Karlsruhe), рейнланд-пфальц Баден-Вюртемберг. Здесь 300 студентов со всей Европы готовили в общих классах, а теоретические курсы в области истории искусств и дидактике, а и гостевые лекции дополнялись практическими занятиями. Было скучновато.

Душевный порыв желала красок, и она их получила, если в 1905 г. девушка прочла книгу “Мане и его кольцо” немецкого галериста и арт-критические замечания Юлиуса Мейера-Грефе (Julius Meier-Graefe;1887-1935), первым раскрутившего красивую легенду о Ван Гоге. Своим порядком, решение отправиться в Париж, словно культурный перекресток современного искусства, у новобракосочетавшийся художницы созрело немедленно. Как-никак средства на поездку у дядюшки Генриха имелись.

*   *   *

Вялый в молодости

В Париже она обучалась в частной художественной школе “Академия Ла Палетт” (Académie La Palette), посещая мастерскую молодого художника и будущего теоретика посткубизма Амеде Озанфана (Amédée Ozenfant; 1886-1966), а кроме – ателье французского живописца и книжного видеографика Андре де Сеонзака (André Dunoyer de Segonzac; 1884-1974). Ранние живописные опыты отмечены влиянием Винсента ван Игорь, Поля Гогена и фовистов: имею в виду натюрморты, интерьеры парижских кафеюшка, портреты. Очень скоро студентка проявила брожение умов академической манерой преподавания и и старый и малый больше и больше времени проводила в художественных галереях.

Изо Российской империи Соня Терк была неважный (=маловажный) одна такая умная. “Академию Ла Палетт” получай Монпарнасе в 1903-1905 гг. посещали и в пансионе мамзель Буве жили еще двум соотечественницы: Елизавета Эпштейн (в девичестве – Хефтер; 1879-1956) и Манятка Васильева (1884-1957). Передовая творческая молодые, в основном, училась не у заслуженных академистов, а… (подруга) у друга. К слову сказать, Амеде Озанфан, Андре дескать Сеонзак и еще один родной парижский художник Роже дескать ла Френе (Roger de la Fresnaye; 1885-1925), так есть все трое будущих кубистов, были… сокурсниками Сони Терк по мнению “Академии Ла Палетт”.

Купно с любовью к высокому искусству пришла и первая жизненная нужность. По настоянию родственников – тырли-мырли, барышне следует обустраиваться! – 23-летняя Беспробудница Терк вышла замуж ради немецкого коллекционера, галериста и арт-критиканство Вильгельма Уде (Wilhelm Uhde; 1874-1947). Текущий юрист по образованию в 1904 г. переехал в Город на берегах Сены, где сменил сферу жизненных интересов. Уместно, именно Вильгельм Уде открыл миру вторично неизвестных художественной критике Пабло Пикассо и Жоржа Брака, будущих патриархов кубизма.

Двум финские девушки, Соня Делоне, 1907 г.

Младую деву Рыцарь покорил душевной щедростью – возлюбленный устроил ее выставку в собственной галерее, открытой в 1907 г. получи и распишись улице Нотр-Дам-дескать-Шан (rue Notre-Dame-des-Champs). В будущего супруга украинка смотрела ни дать ни взять на демиурга. Будучи постарше ее на девять парение, он успешно занимался примитивистами, сам по себе писал живопись. Потому пышную свадьбу Рыцарь мог себе позволить сразиться в… Лондоне. Браком Пузодав убила двух зайцев. Родственники лишше не критиковали ее оптация образа жизни и недостойное привязанность живописью девушки из приличной семьи, а дух – больше она могла никак не возвращаться в чопорный Санкт-Ленинград.

Желтая обнаженная, Соня Делоне, 1908 г.

Между тем, вскоре выяснилось, с выбором спутника жизни новобрачная художница… поторопилась. Через год в Париже Сара Уде бросила половина и связала жизнь с талантливым французом, художником-абстракционистом Робером Делоне (Robert Delaunay; 1885-1941). Новая платье познакомилась в… доме бывшего мужа, который-нибудь чем дальше, тем превыше проявлял склонность к гомосексуализму. В ряду новыми знакомыми пробежали целое искры мира. Та вечер двух ровесников положила предислови одному из самых романтичных и плодотворных марьяжей вслед за всю историю живописи ХХ столетия.

Мямля и Робер, 1924 г.

*   *   *

Вспыхнула род недуга всей ее жизни. Зверски решительно в августе 1910 г. хозяйка Уде развелась с немцем и 15 ноября 1910 г. вышла замуж по (по грибы) француза, поскольку мадам Делоне сделано была… беременна через нового партнера. Спустя две месяца после свадьбы, а то-то и есть, 18 января 1911 г. в Винёй-Сен-Фирмэн, министерство Уаза у четы родился выходец Шарль Делоне (Charles Delaunay; 1911-1988), каковой в будущем стал крупным музыкальным обозревателем, менеджером и историком джаза.

Нужно выдать должное Вильгельму Уде, сохранившему ошеломите добрые отношения с бывшей супругой. Мало-: неграмотный из снисходительности, а из коммерческой и эстетической целесообразности арт-джобер покупал полотна – и у Робера Делоне, и у Сони Делоне исполнение) своей галереи на улице Нотр-Дам-Мол-Шан. Как истинный профи, мосье Уде отдавал себе рапорт, насколько эта пара живописцев талантлива.

В девственность. Ant. Блерио, Робер Делоне, 1909 г.

В особенности стоит отметить, что впоследств развода Вильгельм Уде малограмотный скуксился и не спился, а продолжал отмыкать новые имена. Например, некто первым обратил внимание нате художников-самоучкек Анри Руссо (Henri Julien Félix Rousseau; 1844-1910) и Камиля Бомбуа (Camille Bombois; 1883-1970), а как и других мастеров “наивного искусства”. То-то и есть его перу принадлежит первая монография о самобытном примитивисте “Анри Руссо” (“Henri Rousseau”; 1911).

В атмосфере безудержной фантазии невеста семья художников-авангардистов, на правах могла, обустраивала быт. Бери самом деле весь сецессион рождается из простых житейских импульсов, и предложенная супругами Делоне в такой степени называемая симультанная техника – безвыгодный стала исключением. С восторгом Лежебок говорила о своем втором муже:

– В Робере я нашла поэта. Поэта, какой-либо писал не словами, а цветом.

Как-то молодая заботливая мама Беспробудница, а ютились они тогда в однокомнатной квартирке держи улице Святого Симона, 16 (rue Saint Simon), решила сметать маленькому сыночку Шарлю одеяльце (как знаете на фото, в качестве артефакта в настоящее время оно находится в коллекции Национального музея современного искусства в Париже):

– Я хотела скомпилировать его из пестрых лоскутков мануфактура, используя технику, которую я видела в домах украинских крестьян. Заключительный результат напомнил мне работы кубистов, и наша сестра с Робером решили перенести оный принцип сочетания на полотно.

Лоскутное одеяло для сына Шарля, Сонливец Делоне, 1911 г.

С той поры поэтический. Ant. разрушительный метод, в дальнейшем получивший обозначение “симультанный” (simultanéisme), стал фирменным стилем творческих работ Сони Делоне вот всех видах современного искусства, в которых хохлачка пробовала себя.

*   *   *

Почто значит, настоящая семья… У младой невестки в голове не укладывалось, а ее свекровь, графиня Великолепная Фелисия де Роза (Berthe Félicie de Rose; 1862-1936), матка Робера Делоне, была охотницей по модных парижских галерей и с мужем вечно) что-то делает посещала выставки. Чтобы подобное первый план к ее увлечению проявила тетя Трендец или терпением отличалась маменька Хана, об этом Засоня не могла и подумать.

Посереди тем, не тихому семейному счастью возлюбленная хотела предаваться, а бурной радости выделывать: искать, творить, наслаждаться. Подина влиянием кубистов Соня Делоне в 1911 г. в своих полотнах не слыша ног умчала от натурализма и фигуративности к модной геометрии и абстракциям, экспериментируя с ритмом и разложением цвета. Большое авторитет на художницу оказали колористические эксперименты мужа. Одновременно они писали симультанные картины, с выставлялись на многих выставках: Город на берегах Сены, Берлин, Прага, Будапешт, Варшава и инда Нью-Йорк.

В 1912-1913 гг. супружеская пара Делоне разработали принципы живописного орфизма – разновидности кубизма, основанного бери подчеркивании цветовых эффектов и динамике, таящейся в цветовых сочетаниях. Приманка первые орфистские работы Грызун Делоне показала в 1913 г. в парижском салоне Независимых (Société des Artistes Indépendants), мантапа №45.

*   *   *

Совместно с мужем они оказались в самой густее парижской богемы. К примеру, в 1913 г. филигранный поэт Аполлинер познакомил пару с никак не менее фантастическим коллегой, поэтом Блезом Сандраром (Blaise Cendrars; 1887-1961), громко назвавшим ту версию кубизма, которую развили в своих картинах Беспробудница и Робер Делоне – “орфизмом”. Получи и распишись самом деле термин “орфизм” впервой появился в статье “Современная алла прима” (“Die moderne Malerei”) Аполлинера, напечатанной в феврале 1913 г. в немецком еженедельнике культуры “Der Sturm” (“Шквал”), что был никак не альманахом, а… торговой маркой модернового искусства Европы.

Толчок в Миньо, Соня Делоне, 1915 г.

Проповедуя орфизм, подобно ((тому) как) теоретик искусства, Робер Делоне выступал наперекор старого, ортодоксального кубизма, считая, чего у кубистов… нет цвета. Демонстрируя противоположное – орфизм, он соединял мощные декоративные ритмы кубизма с цветностью фовизма. Сие и было творчество Орфея, коли под мифологическими камнями прозреть кубизм, а под дикими зверями – фовизм. Задумка не просто витала в воздухе, Тезис наэлектризовала парижскую атмосферу.

Видишь почему Аполлинер называл орфизмом “асекко абстрактную, обогащенную музыкой и чувственными ассоциациями, искусством дионисийской радости”. Художники-орфисты, выступившие сплоченной группой: бог и теоретик направления Робер Делоне, Беспробудница Делоне, Франтишек Купка, Франсис Пикабиа, Марсель Дюшан, – стремились проявить динамику движения и музыкальность ритмов с через “закономерностей” взаимопроникновения основных цветов спектра и взаимопересечения криволинейных поверхностей.

Век это продолжаться не могло, и аспидски скоро орфисты перешли к абстрактному формотворчеству; двух последних – Пикабиа и Дюшана – лабиринты Минотавра завели в дадаизм, а спустя некоторое время – в оголтелый сюрреализм.

*   *   *

Находясь 24 часа в кальпа рядом с супругом, теоретиком орфизма, Вялый Делоне, как никто остальной, точно и постоянно понимала фишак нового течения. Именно ей было предуготовлено стать соавтором евангелия через “искусства дионисийской радости”.

Фантастика, однако именно украинке судьба подарила маза проиллюстрировать удивительную кубистическую поэму “Житейская о транссибирском экспрессе и маленькой Жанне Французской” (“La prose du Transsibérien et de la petite Jeanne de France”; 1913) Блеза Сандрара, а геометризм пирушка работы явно повлиял получи дальнейшие стилистические поиски, хоть бы, великого немецко-швейцарского художника-письмо Пауля Клее (Paul Klee; 1879-1940).

– Я, скверный (питомец, никуда уезжать не желавший, / я был способным уехать, куда мне благоугодно; / у купцов еще было стоит только денег, / и они могли сделать попытку сколотить состоянье. / Их паровик отправлялся каждую пятницу утречком. / Говорили, что более чем достаточно убитых. / У одного изо купцов сто ящиков было / с будильниками и со стенными до второго пришествия. / Другой вез шляпы в коробках, цилиндры, / английские штопоры разных размеров, / с Мальмё вез третий гробы, в которых / очки хранились, / и ехали прекрасный пол, было их много / женщин, чье пазуха сдавалось внаем и могло бы / покрытьс гробом, / у каждой был слабо-желтый билет. / Говорили, что же много убитых. / Сии женщины ездили по железной дороге / со скидкой, / только и можно имелся счет в банке у каждой с них. (Перевод Михаила Кудинова).

Рамаяна-картина “Проза о транссибирском экспрессе и маленькой Жанне Французской” стала заправду революционным произведением, где в виде плиссированной панорамы стихотворческий материал и пластичные образы выглядели единой “симультанной” композицией. Проспект-коллаж, включающая в себя карту Транссибирской магистрали, была отпечатана в виде двухметровой портативный полосы, что, по сути, оказалось новым короче (говоря) – и в области синтеза искусств, и художественной синкретизации действительности, и новейшего книгопечатания.

*   *   *

Одно мастерство – изложить собственное взаимопонимание декоративно-динамических возможностей колорита, систему оптимальных контрастов, что же Робер Делоне сделал в трактате-очерк “О цвете” (“Sur la couleur”; 1912), будто мгновенно превратился в манифест орфизма.

Другое профессия – создать убедительную серию картин “Окна” (“De la fenêtre”), написанную по зиме 1912-1913 гг. и вдохновившую Аполлинера накорябать одну из самых ярких поэм: “Окна”: “Du rouge au vert tout ie jaune se meurt…”, напечатанную в каталоге выставки Робера Делоне в январе 1913 г. в берлинском журнале "“Der Sturm”.

А совершенно третье дело – упражнять и углублять орфизм на исторической родине цвета, для Пиренейском полуострове. Не вдруг, шесть долгих лет, с 1914 г. в области 1920 г. чета Делоне прожила в Испании, а с Гутя 1915 г. – в Португалии, идеже подружились с коллегами-художниками и делили укрытие с русским американцем Сэмюэлем Халпертом (Samuel Halpert; 1884-1930) и португальцем Эдуардо Вианой (Eduardo Viana; 1881-1967). Частыми гостями семьи, а дальше и творческими партнерами супругов оказались единомышленники вдоль живописи Амадеу ди Соза-Кардозу (Amadeo de Souza-Cardoso; 1887-1918) и Хосе ди Альмада Негрейрос (José de Almada Negreiros; 1893-1970). 

*   *   *

В 1916 г. во всем объёме неожиданно художница Соня Делоне неожиданно представила на парижском Осеннем салоне предметы прикладного искусства, выполненные в эстетике кубизма и орфизма. К тому времени накопилось система новых работ, вот и были организованы персональные выставки украинки в Стокгольме (1916), Бильбао (1919) и Берлине (1920).

Складывалось впечатленьице, что долгое время накапливаемый компетенция вдруг прорвало. В Испании Сонуля Делоне пробовала себя в разных ипостасях: симпатия создавала модели одежды и обуви, рисовала новые игральные карточная игра, предлагала (!!!) силуэты автомобилей, готовила театральные костюмы.

Возлюбленная ткала ковры и иллюстрировала книги. Изумительный всех всплесках творческой фантазии Грызун была органичной, без особого напряжения успешно переключаясь с одного вида творчества возьми другой.

В Испании Соня Делоне познакомилась со знаменитым русским антрепренером Сергеем Дягилевым (1872-1929) и точно по предложению революционера театрального искусства создала декорации угоду кому) балета “Клеопатра” (1918), поставленного в Мадриде бери музыку Антона Аренского хореографом Михаилом Фокиным для того чудовищно обольстительной Иды Рубинштейн.

*   *   *

Величие господина Дягилева заключался в нежели?

Соня Делоне в одеждах Casa Sonia,

Мадрид, 1920 г.

Нюхом он чувствовал гения, а сердцем – понимал миг. Как успешный антрепренер, спирт умел каждому давать заветное: актеру – ролька, режиссеру – бюджет, публике – нега. Соню Делоне он пленил фантастическим предложением: в центре Мадрида Сергуша Дягилев помог открыть бульон ателье мод “Casa Sonia”.

Просто так удачливый предприниматель от культуры присадил художницу получи и распишись продаваемый в тираже стиль. Сие было как нельзя во благовременьи: после ноября 1917 г. материальная вспоможение от петербургских родственников прекратилась насовсем.

Дело заладилось, и Сергей Дягилев продолжил условие с Соней Делоне, ангажировав художницу получи постановку в “Gran Teatre del Liceu” Барселоны оперы “Аида” Джузеппе Верди. Сие притом, что официальным дизайнером “Русских балетов” в Португалии был каталанский художник, график и скульптор Жоан Елей-и-Ферра (пJoan Miró i Ferrà, 1893-1983).

Знамо, в иберийский период творчества хохлачка жила не одним театром, а написала изящные серии пейзажей и натюрмортов, оформила целла ночного клуба “Petit Casino”, а в 1919 г. стала центральным событием Мадридского салона моды, опять-таки открыла собственный бутик до сего часа и в Бильбао. В тот период верста (в версту французских художников свела близкое подготовленность с композитором Игорем Стравинским и танцовщиком Вацлавом Нижинским. 

*   *   *

Бутик, 1927 г.

Придя в Париж, в 1921 г. супруги въехали в просторную квартиру держи бульваре Мальзерб, 19 (Boulevard Malesherbes). Подобно ((тому) как) всегда, идеями Соня Делоне фонтанировала. И в 1924 г. весь с талантливым кутюрье Жаком Хеймом (Jacques Heim; 1899-1967) возлюбленная открыла ателье мод “Delaunay”, а с ним и “Единовременный бутик” (“Boutique Simultané”), идеже художница лично демонстрировала собственные модели одежды.

С энтузиазмом симпатия создавала линии одежды, соответствующие духу времени, предназначенные исполнение) женщин нового образца. Минималистичные бурнус, юбки и платья прямого кроя с ярким геометричным принтом становились сенсацией что ни есть раз, когда Соня Делоне появлялась в них возьми светском рауте.

Подобно Габриэле Шанель, малоросска пропагандировала простоту в крое и маловыгодный любила пышный декор. Согласно этой причине вещи изо ателье мод “Delaunay” были созданы пользу кого жизни и двигались вместе с легким веточка. Теоретическую базу подвел ее мужик Робер Делоне, заявив в одном собеседование:

– Симультанная мода Сони отражает современное элли и архитектуру, стремительный эргономичный проектирование автомобилей и самолетов. Она создает мануфактура и вещи, ориентируясь на эпоху, которая всего-навсего должна наступить.

Не до чрезвычайности, что чуткая к пульсу времени Ленивый Делоне по-настоящему увлеклась итальянским футуризмом. С праздник поры ее работы вибрировали текстилем и одеждой – ото ярких, но структурированных и ритмичных сочетаний цветов после прямых силуэтов, которые вибрационный отклик обретут лишь с наступлением 1960-х гг.

Другой раз, оказалось, орфизм себя изжил, Робер Делоне вернулся к фигуративному искусству, продолжив, в частности, серию знаменитых “Эйфелевых башен”, а как и написав немало выразительных портретов, скажем так, Андре Бретона, Тристана Тцары, Филиппа Супо, Луи Арагона, Владимира Маяковского. Все на свете эти люди были завсегдатаями творческих мастерских четы Делоне.

*   *   *

Неизменно реализовывала себя и супруга. В 1923 г. совокупно с русским художником Виктором Бартом (Victor Barthe; 1887-1954) и скульптором-живописцем Самуэлем Грановским (1882-1942) Сонуля Делоне выполнила постановку пьесы “Газовое машина” (“Coeur à gaz”) гениального провокатора Тристана Тцара, идеже в персонажах значились… Пригляд, Рот, Нос, Бровь, Лабиринт и, естественно, Шея. Это было припеваючи, поверьте на слово. Ажно первая авторская ремарка заставляла безвыгодный по-детски резвиться:

– Выя стоит на авансцене, Нюхальнич напротив, повернувшись к публике. Всегда остальные персонажи входят и выходят до своему усмотрению. Медленно бьется газовое внутренность, мощно циркулируя; это единственная и величайшая разыгрывание нашего века в трех действиях, способная развезти удовольствие лишь промышленным идиотам, верящим в наличие гениев.

Этого маме Соне оказалось малоубедительно, и для театра мадам Делоне выполнила постановку заумного вертепа “Остраф пАсхи” (“Огрудок Пасхи”) члена тифлисской группировки “Объединение футуристов” Ильи Зданевича (1894-1975), которого считают прародителем… языка (жаргона) падонков.

В 1925 г. дружно с киевлянкой Александрой Экстер, винничанином Натаном Альтманом, житомирчанином Давидом Штеренбергом силуэтистка участвовала в Международной выставке декоративного искусства (Exposition Internationale des Arts Décoratifs et Industriels Modernes). Всего лишь участвовать можно по-разному: у кого – щит; у кого – отдел; с целью Сони Делоне и кутюрье Жака Хейма в экспозиции отвели единый павильон, молча демонстрируя касательство:

– Делоне – это неважный (=маловажный) имя, это – приход в культуре.

*   *   *

Как перед дизайнерским талантом украинки Сони Делоне моден Париж снял шляпу, поздно ли в 1925 г. журнал мирового вкуса “Vogue” вынес иллюстрацию одной с ее моделей на обложку.

До слова за год среди клиенток “Delaunay” появились настоящие знаменитости. В 1925 г. Мямля Делоне создала пальто с вышивкой и геометрическим принтом насыщенных цветов для того звезды немого кино, американской кинодивы Глории Свенсон (Gloria Swanson; 1899-1983) – современному зрителю симпатия известна по главной роли в классическом фильме-нуаре “Аллея Сансет” (“Sunset Boulevard”; 1950) режиссера Билли Уайлдера.

Кожанка, сделанное для Глории Свенсон

Думаете, одноразового пользования пример? Нет. Под началом Сони Делоне модистки обшивали в мастерская мод богинь гламурного декаданса – поэтессу Нэнси Кунард (Nancy Cunard; 1896-1965), кинодиву Люсьен Богарт (Lucienne Bogaert; 1892-1983) и театральную приму Габриэллу Дорзиа (Gabrielle Dorziat; 1880-1979), прочих VIP-клиенток.

*   *   *

Буква в букву на глазах Соня Делоне выросла в крупнейшего в Европе мастера арт-деко, чьи творческие находки и открытия в собственной студии бери парижском бульваре Мальзерб обретали широкое рассылка в современном дизайне, керамике, сценографии, рекламе. Не больше и не меньше украинка стала одним с драйверов арт-деко приставки не- только в дизайне интерьеров и текстиля, а и в моде. Ею двигала простая колебание: будущее – за доступной одеждой, фасоны которой не сомневайся впитают в себя любые новшества и актуальные технологии.

В сие трудно поверить, но малоросска стала одной из первых, кто именно на практике интегрировал пляска в моду. Причем интегрировал в такой мере успешно, что художницу пригласили перелистывать лекции в Сорбонне, предложив слитный спецкурс “Как гохуа влияет на модный проектирование”.

И в мировой практике стряслось редкое явление, когда желаемое превратилось в действительное. Все же во многом именно по причине умозрительному стилю “арт-деко”, который-нибудь успешно совмещал модерн и зады и двигался в практику Соней Делоне, появилась настроенность “арт-деко”, определившая самостоятельно вектор развития европейской моды в часы между двумя мировыми войнами.

Лопать тому свидетельства? Во другой половине 1920-х гг. Лежебок Делоне создала костюмы угоду кому) трех культовых картин – “Головокружение” (“Le Vertige”) режиссера Марселя Л’Эрбье и “Едва ощутимый парижанин” (“Le p’tit Parigot”; что другой: 1926) Рене ле Сомптье, а в свою очередь “Потому, что я тебя люблю” (“Parce que je t'aime”; 1929). Были до сих пор два документальных свидетельства завоевания стиля “арт-деко”. Сие роскошно изданные в Париже художественные альбомы Сони Делоне – “Текстильные изделия и ковры Сони Делоне” (1928) и “Композиции. Цвета. Идеи” (1930).

Чему я достижимо поражаюсь? В природе настоящей женская половина человечества всегда сквозит театральность, в таком случае театральность – искусство протяг себя. Но на самом деле ради сильной женщины этого маловато, это полдела. Не многим представительницам слабого пола удается населять так, чтобы не в какие-нибудь полгода успешно подавать саму себя, хотя и превращать в желанных и красивых других своих соплеменниц. Не иначе такой всю жизнь оставалась Дремалка Делоне, которая нового партнера нашла в кутюрье, светском льве и поставщике текстиля Робере Перрье (Robert Perrier; 1898-1987).

*   *   *

Всего на все(го) представьте всю дамскую внезапность, когда она, повелительница парижского стиля, поднималась в собственную мастерскую нате мансарде дома на бульваре Мальзерб, 19, и… моменталом преображалась. В начале 1930-х гг., если только она бралась за соцветие и предавалась станковой живописи, ей были присущи чудесно абстракционистские поиски Василия Кандинского, Питера Мондриана, Барбары Хепуорт, Мишеля Сёфора. Документация? В 1931 г. Соня Делоне выступила одним с идеологов-организаторов художественного салона “Абстракция – Творческий процесс”.

Кипучая энергия и неуемная фантазийка позволяли ей браться из-за самые смелые проекты. Через малое время она обрела известность якобы успешный… книжный табель. После ряда громких театральных премьер-министр – сценических костюмов ей показалось раз, и Соня взялась разрабатывать узоры про тканей от кутюр (haute couture). Знаете, какими судьбами такое слово “массово”? Как для ткацких фабрик Лиона хохлушка создала 50 утвержденных эскизов тканей, которые кроме использовались в новых коллекциях французских дизайнеров – Габриэлы Шанель, Жанны Ланвен и Жака Хейма.

Сарафанное пресса в среде профессионалов сделало свое тяжба, и с той поры ей стали обходиться коммерческие заказы на красный товар: сначала – от амстердамского бутика “Metz & Co”, через некоторое время – от лондонского универмага “Liberty”. В будущем последовали витражи и мозаики, шпалеры и ручная роспись посуды. Было час(ы), Соня Делоне увлеклась скульптурой, керамикой, а далее, словно спохватившись, принялась катать… акварели.

Затем в дверца Западной Европы постучала Великая Падение, вызвав колоссальное падение производства изумительный всех сферах. Индустрия высокой моды безграмотный стала исключением. Закрыв студия мод и фирменный бутик, Сонливец Делоне вернулась к живописи, от времени до времени мелко обшивая и поддерживая почерк состоятельных клиентов.

– Раз Грустное настроение освободила меня от бизнеса, – сдержанно молвила украинка, – паки появится время заниматься высоким искусством.

И в 1935 г., оставив крикливый центр, чета Делоне вернулась бери тихую парижскую улочку Св. Послушная, 16.

*   *   *

В остатний период совместного творчества они подступились к монументальному искусству. Ибо не какой-то а там лобастый арт-критик, а лично Робер Делоне усмотрел глубокий характер собственных картин. Громко он заявил:

– Я считаю, ровно можно переходить от работы надо одной картиной к работе надо второй и третьей – в результате получится терцет. Кроме того, я полагаю, ровно это подводит нас к архитектуре. Экий тип живописи вовсе маловыгодный разрушает архитектуру, вы сможете с успехом наступить на глотку цвета играть на стене.

Сие не был легкий ухаживание с площадным искусством. Еще в 1930 г. пачкун начал работу над сериями работ “Рельефные ритмы” (1930-1936) и “Спиральные ритмы” (1934-1936), в которых использовал (а изредка – изобретал) новые материалы, главным свойством которых являлась прочность к атмосферным воздействиям. Именно сие внимание к материалу и управление рельефами плоскостей привело живописца к монументальному искусству.

Следовательно, ключевым фигурам парижского авангарда, чете Делоне организаторы международной экспозиции предложили оформить железнодорожный (Pavillon des Chemins de Fer) и воздухоплавательный (Palais de l’Air) павильоны (дворцы) Всемирной выставки (“Exposition Internationale”), которая с 25 мая до 25 ноября 1937 г. проходила в Париже перед девизом: “Искусство и искусство в современной жизни” (“Arts et Techniques dans la Vie moderne”). Идею живописцы восприняли для “ура!” – повлечь за собой панно на 235 кв.м, по (по грибы) которое Соня Делоне была отмечена золотенький медалью.

*   *   *

В какие-нибудь полгода представьте, за казенный лоро-конто им позволили воплотить в практика мечту: соединить авторскую супрематизм с архитектурой! Выполненные парой огромные сузани и рельефы подтвердили рождение вполне нового искусства, ломающего предел станковой живописи и дающего подсчёт всеобщему синтезу пластических искусств. Сие почти то, что в Советской Украине безлюдный (=малолюдный) дали реализовать группе “нео-византистов” вот главе с гениальным художником Михаилом Бойчуком (1882-1937)!

В этом но монументальном духе были созданы и последние работы Робера Делоне: “Дисковый ритм” ("1937”, “Три ритма” (1938), чисто стали своеобразным духовным завещанием мастера. Через супруга Соня не отставала. И в 1938 г. в Городском музее Амстердама состоялась представительная персональная чемпионат украинки.

Ритм, Робер Делоне, 1939 г.

Глаз на глаз с Робером они организовали и провели парижский зал искусств “Новая действительность” (“Realty Nouvelle”). Результаты оказались впечатляющими. Случился свеча и творческий всплеск французского абстракционизма: сохраняя былую геометрию, отсадка, казалось, обрел современную яркую ритмику.

Тем не менее, 1 сентября 1939 г. в Европу ворвалась коричневая сбыточность. Как только грянула II Сделка война, супру

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.